Юбилейный проект-ретроспектива «Губернаторскому музею – 190»

Дорогие друзья, в 2020 году Губернаторскому музею исполняется 190 лет!

С чего же начиналась история старейшего музея на Урале? Кто был его отцом-основателем? Чем жил музей долгие годы?

Ответы на эти и многие другие вопросы вы узнаете из нашего нового юбилейного проекта «Губернаторскому музею – 190». Каждый день мы будем делиться с вами интересными фактами и событиями из жизни нашего музея.

 


 

Здание Областного краеведческого музея, 50-е годы ХХ века.

Друзья, мы продолжаем работу в рамках нашего проекта-ретроспективы.

В 1960 году на общем собрании работников музея был остро поставлен вопрос об экспонатах. Отмечалось, что особенно слабо представлены исторические памятники. Фотографии как источник, несомненно, представляли ценность, но, как вполне справедливо было замечено, нельзя было сводить всё к ним – для музея важны не только фотографии. А между тем чаще всего поступали в фонды именно они – так, только за отчётный 1959 год из 722 прибавившихся экспонатов фотографии составляли до 30%.

На протяжении 1960-х годов фраза о «случайности» поступлений становится в ежегодных отчётах о работе музея дежурной: «сбор экспонатов случаен», «в большей мере за счёт случайных поступлений» и т. д.

Единой системы поиска и сбора экспонатов не существовало. В отчёте за 1966 год прозвучала показательная фраза: «Основная задача – сбор материалов по выполнению пятилетнего плана».

 


 

Здание Областного краеведческого музея, 30-40-е гг ХХ в.

Друзья, мы продолжаем знакомить вас с историей музея. Сегодня речь пойдёт об изменениях, произошедших в музейной деятельности после 1956 года.

На открытом партийном собрании работников музея 25 июля 1956 года говорилось о перестройке экспозиции «в связи с преодолением культа личности».

Из воспоминаний С.А. Попова: «Сейчас изымаются экспонаты, где преобладал культ личности, и заменяются экспонатами, где говорится о роли народных масс». Борьба с «культом» вылилась в механическое искоренение из экспозиций документов и текстов с упоминанием И. В. Сталина. И если в экспозиции по Великой Отечественной войне можно было убрать приказы и указы, оставив документы за подписью И. В. Сталина «как документы исторического» – телеграмму с благодарностью за сбор средств на танковую колонну и др., то в других разделах и оставлять было нечего: «Сложнее будет с перестройкой материалов о пятилетках, там о роли народных масс у нас материал не собран».

 


 

Фрагмент экспозиции областного краеведческого музея, 1950-е годы

Друзья, мы продолжаем работу в рамках нашего проекта – ретроспективы. Сегодня расскажем о жизни музея 1952 года.

В июне музей организовал комплексную экспедицию в Губерлинские горы с целью обследовать горы и собрать характеризующие их материалы, поездку в Илекский и Краснохолмский районы области для ознакомления с местами, связанными с крестьянской войной под предводительством Е.И. Пугачёва.

В июле состоялись поездки в передовые колхозы и опытные станции Чкаловской области (колхоз «1-я пятилетка» Бузулукского района и колхоз им. Ленина Чкаловского сельского района, Чебеньковский зерносовхоз, Чебеньковская опытная станция и др.) с целью пополнения музейного фонда новыми экспонатами.

В октябре с целью пропаганды решений XIX Съезда КПСС и трудов товарища И.В. Сталина в музее была развернута экспозиция раздела «Культура и быт трудящихся области».

Осенью были организованы выставки-передвижки «Великий план преобразования природы в действии», «Передовики сельского хозяйства Чкаловской области на весеннем севе», «Передовики сельского хозяйства Чкаловской области на уборке урожая 1951 г.» для обслуживания колхозов и совхозов на период посевной и уборочной кампаний 1952 г.

 


 

Сергей Александрович Попов - краевед Оренбуржья, сотрудник Областного краеведческого музея, 1984 г.

Друзья, сегодня мы продолжим рассказ об экспозиции музея в начале 1950-х годов по воспоминаниям С. А. Попова.

«Из исторического отдела его интересовало местное, характерное для нашей области. Этнографическую выставку прошли бегло, не останавливаясь на отдельных экспонатах».

«В художественной выставке внимание Лазаря Моисеевича остановила скульптура "Колхозница" работы чкаловского скульптора А. И. Козырева, только что установленная в музее в ночь на 12 марта и не успевшая ещё высохнуть. Из остальных картин его внимание привлекли картины худ. Яновского: "Сталин с книгой с надписью «Ленин»" и "Сталин и Лысенко среди ветвистой пшеницы". Из других картин Лазарь Моисеевич посмотрел картину худ. Степанова. Эскиз "Толстой в степи", по его мнению, слабо написан: ему понравился портрет девочки».

«В отделе революции и гражданской войны осмотрел знамя ВЦИК, врученное оренбургским рабочим за оборону Оренбурга и картины худ. Панина "Набег белогвардейцев на красногвардейские казармы в 1918 году" и худ. Тименева "Бой на реке Салмыш"».

«В отделе Великой Отечественной войны Лазарь Моисеевич предложил особо выделить Героев Советского Союза из бывших Оренбургских казаков … хорошо отозвался о макете "Подвиг панфиловцев"».

«Лазарь Моисеевич кратко высказал мнение о музее. Он сказал, что музей не плохой, что такой отдел, как полезные ископаемые, показан хорошо, что в музее представлены и природа области, и история, и искусство и показано это довольно полно. …в Чкалове музей именно показывает свою область».

 


 

Горный хрусталь

Друзья, сегодня мы более подробно расскажем об экспозиции музея в начале 1950-х годов.

Приведены выдержки из Архива областного краеведческого музея, фонда С. А. Попова, оп. 1, д. 211, л. 1 – 3, «О посещении музея членом Политбюро ЦК ВКП(б) Л. М. Кагановичем».

«Начали с отдела геологии. Его очень заинтересовал асбест, слюда, мергели, мрамор. Из отдела геологии мы перешли в следующий зал, где размещена выставка "Великий план преобразования природы". Дальше Лазарь Моисеевич осмотрели раздел зоологии. Попутно с осмотром рассказал о ловле сусликов на Украине, обилии дроф в Сальских степях, советовал продлить срок запрета отстрела дроф по области ещё года на два».

«Из раздела зоологии мы перешли к небольшому разделу "Географическая характеристика края". Лазарь Моисеевича заинтересовала простенькая таблица – национальный состав области, плотность населения и физическая карта области».

«С нижнего этажа мы поднялись на верхний этаж, в отдел археологии. Здесь я показал кости ископаемых животных, познакомил с археологическими находками из Шарлыкского района, с знаменитым прохоровским серебряным блюдом, мечом и прочими находками».

«В следующей комнате он внимательно осмотрел материалы по крестьянскому восстанию под предводительством Пугачёва, целиком прочёл жалованную грамоту Пугачёва мещеряковскому старшине Мендиарову на звание полковника, подчёркивая места "самодержец всея Руси", "как полагается верноподданому рабу"».

 


 

 

Друзья, мы продолжаем рассказ об экспонатах. Сегодня вы узнаете, на какие предметы стоило обращать внимание при комплектовании музейной коллекции в 1950-е годы.

Итак, "нужность" предметов кроме тематики определялась требованиями к оформлению экспозиции, которые с 1930-х годов не менялись –наглядность, доступность и так далее.

Вот перечень того, что стоит собирать в музей:

1. Постановления партии и правительства, письма от строителей великих строек Сталина и рапорты с мест.
2. Печатные плакаты.
3. Постановления местных партийных и советских органов.
4. Графические материалы проектных организаций (карты, схемы).
5. Книги, журналы, статьи.
6. Фотографии, рисунки, короткометражные фильмы.
7. Договоры социалистического соревнования, дневники, письма, воспоминания.
8. Печатные и рукописные материалы со строек: стенные газеты, листовки и т. п.
9. Вещевые, документальные, статистические, изобразительные материалы (макеты, данные об участии и проч.).
10. Фольклорный материал.

Конечно, бросается в глаза, что абсолютное большинство из перечисленного – письменные источники, собиранием которых должны заниматься и занимаются архивы.

 


 

Фотооткрытка, г. Оренбург, начало ХХ в.

Дорогие друзья, сегодня реб пойдёт о пополнении коллекции музея в конце 1950-х гг.

Экспонаты собирались с трудом - не хватало средств. Тем не менее, например, в отчёт за 1949 год особо отмечалось получение фотографии политических ссыльных в Соль-Вычегодске Вологодской губернии в 1911 году: " На снимке в числе бывших подпольных работников оренбургской организации РСДРП, по-видимому, имеется и товарищ Сталин".

Также в 1949 году была организована экспедиция в Илекский район в ходе которой было собрано "20 штук птиц и коллекция растительности".

В эти годы экспедиции носили разведывательный характер, основная цель которых "для установления возможности приобретения экспонатов", регистрации курганов, этнографических наблюдений.

Приобреталось музеем, к сожалению, немногое: для отдела природы - коллекция яшмы из 35 отшлифованных образцов, нижняя часть челюсти мамонта из Люксембургского района,несколько костюмов богатых сакмарских казачек.

Более всего в эти годы было приобретено фотографий - современных колхозов, коллекция снимков Оренбурга середины прошлого столетия, фотографии, запечатлевшие быт казахов.

 


 

Фрагмент костюма мордовской женщины, XIX в.

Друзья, фактически открытие музея после войны состоялось 9 февраля 1947 года.

Музей начал работу с двух выставок: выставки картин местных художников и "Первобытнообщинный строй и племенные союзы на территории Чкаловской области".

Всего за первый год музей посетило 52 528 человек, было проведено 100 экскурсий.

Оренбургский музей стал краеведческим. Этот термин задавал основное направление музейной работы.

В отделе природы особо был выделен "Великий план преобразования природы" – комплекс агротехнических мер, которые бы снизили воздействие природы на урожай.

Отдел дореволюционного прошлого освещал темы: археологию, золотоордынский период, завоевание Урала и Поволжья в XVI веке, край в XVII веке, основание Оренбурга, крестьянское восстание, этнографию.

Отдел советского периода освещал Октябрьскую революцию, гражданскую войну, восстановительный период, Великую Отечественную войну, область в годы сталинских пятилеток, культуру и быт области.

Поскольку музей был краеведческим, то неудивительно, что его коллекция пополнялась и художественными произведениями.

 


 

Фрагмент почтовой открытки начала ХХ века

Друзья, мы продолжаем наш проект-ретроспективу.

Вновь к судьбе областного музея вернулись уже после окончания Великой Отечественной войны. 18 мая 1946 года исполком облсовета принял решение об открытии краеведческого музея. Его директором стал А. Я. Борисов.

Борисову предложили "в 5-дневный срок собрать всё оборудование музея, розданное частным лицам и организациям, и в течение 10 дней собрать все экспонаты музея, розданные различным организациям".

За год было собрано 6 765 экспонатов и 14 тысяч книг. Из них в экспозиции задействовали около двух тысяч предметов: "натуральных образцов" – 1673, документов первоисточников – 91, карт – 21, рисунков с натуры и копий – 51, картин и копий с них – 54 и др.

 


 

Дорогие друзья, сегодня мы расскажем о жизни музея в годы Великой Отечественной войны.

Официально в эти годы музей располагался по улице Цвиллинга, 2. Работа его была законсервирована, штат распущен, а все ценности заскладированы по указанному адресу. Для их охраны был оставлен научный сотрудник, уборщица и сторож.

В городе временно разместили экспонаты четырёх эвакуированных музеев: Днепропетровских исторического и антирелигиозного, Рязанского художественного музея, Черниговского исторического. Их музейные ценности были размещены в трёх складских помещениях, которые находились на разных улицах и не были приспособлены под хранение музейных экспонатов.

 


 

Бронзовое зеркало из Покровского могильника (Соль-Илецкий район), VI - V вв. до н.э

Друзья, мы продолжаем наш проект-ретроспективу.

В 1941 году музей области, называвшейся тогда Чкаловской, в представленном помещении наконец-то приступил к монтажу экспозиций и выставок.

25 апреля 1941 года директор И. Д. Яковлев рапортовал о готовности музея к открытию. Срок был официально назначен на 1 мая.

В музее было два отдела: природы и истории. В первом разделе планировалось отразить геологию, геоморфологию края, его животный и растительный мир. Однако раздел геоморфологии готов не был. Серьёзно отставал раздел растительного мира, поскольку после переездов и потерь сложно было подобрать материал для экспозиции.

Исторический отдел выстраивался согласно принятой тогда схеме: археология, феодализм, капитализм, социализм, промышленность и сельское хозяйство. Однако и здесь остро ощущалась нехватка экспозиционного материала. Отмечены в экспозиции были следующие сюжеты: крестьянская война под предводительством Е. И. Пугачёва, А. С. Пушкин, Т. Г. Шевченко и др.

 


 

Раковина брюшного моллюска кайнозоя

Дорогие друзья, мы продолжаем рассказ о судьбе музея в 1930-е годы.

В декабре 1938 года музею вернули его прежнее помещение. Однако в здании оставались вселённые ранее Упрогор, автоколонна, Союз Воинствующих Безбожников, областной и городской архив. А в январе 1939 года было принято решение в правой части здания дополнительно разместить воинскую часть.

Зам. наркома просвещения Н. К. Крупская лично обратилась к секретарю обкома ВКП(б) с убедительной просьбой "личного вмешательства". Обращение привело только к отказу от размещения части.

Собственно музею принадлежали всего пять комнат – одна внизу, четыре наверху.

Все эти годы музей, естественно, не работал для посетителей. За это время были растеряны все кадры – не осталось ни одного научного сотрудника: кто умер, кто не выдержал и уволился. Остался единственный –директор И. Д. Яковлев.Он активно боролся за интересы музея, много раз поднимая вопрос о кадрах.

Благодаря усилиям директора был произведён набор кадров. На работу приняли молодого агронома Тришина, окончившего Чкаловский Агрозооветинститут, выпускника Томского технологического института Юсупова.

 


 

Дорогие друзья! Сегодня, в преддверии международной акции «Ночь музеев – 2020», темой которой в этом году являются «Символы», мы расскажем о символе нашего музея – грифоне.

Это мифологическое существо стало символом музея в 1994 году, когда был завершён последний этап реставрационных работ в здании бывшей канцелярии генерал-губернатора В. А. Перовского. Сегодня изображение грифона вы можете увидеть не только на официальной документации музея, но и в Гербовом зале, где под самым потолком тянется искусный барельеф, изображающий полульва-полуорла.

Почему был выбран в качестве символа именно грифон – существо из мифов и легенд с головой, когтями, крыльями орла и телом льва? В древних сказаниях и легендах разных народов грифон выступает в роли стража. Он, подобно дракону, охраняет пути к спасению, располагаясь рядом с Древом Жизни либо иным подобным символом. Он стережёт сокровища, сокровенное, тайное знание.

В нашем музее несметные количество сокровищ. Вы в этом убедились, если следили за проектом «Экспонат в объективе». Любой из наших экспонатов – это бесценный источник знаний об истории, культуре, традициях своего времени. Мы, сотрудники музея, хотим поделиться этой сокровищницей знаний с вами, наши читатели!

 


 

Почтовая открытка 1902 г. Оренбург, 2-й Кадетский корпус

Друзья, мы продолжаем рассказ об истории музея.

Директор музея писал жалобы в горсовет, в итоге было принято решение перебросить музей в помещение церкви в Красном Посаде, уже занятой судебными учреждениями.

Судебные учреждения уступать помещение не захотели. Как следствие, было принято решение президиума горсовета о переводе музея в бывшую Богословскую церковь, а затем – в бывшую Воздвиженскую церковь.

О проблемах музея неоднократно писала областная газета: "Ценности на свалке", "Музей на чердаке".

В 1936 году комиссия под председательством Васильева предложила директору музея поискать помещение самостоятельно. Вариант И. Яковлева – "Дворец Труда" – предгорисполкома С. Степанов отказался рассматривать, поскольку здание использовалось как общежитие для военных частей.

Было принято решение предать музею здание ломбарда на Гостином дворе, затем – строить здание в центре города. 25 апреля 1937 года появилось решение о переводе музея в пожарную часть. Ещё некоторое время спустя, согласно постановлению чкаловского горсовета и облисполкома, музей перевезли в здание Дома учителя.

В декабре 1938 года было принято решение вернуть музею прежнее здание.

 


 

Фрагмент складня с изображением Голгофского креста, медь, XIX в.

Друзья, вторая половина 1930-х годов стала для оренбургского музея вторым по значимости и не менее тяжёлым испытанием после раздела коллекции с Казахстаном.

В 1934 году учреждение фактически прекратило свою деятельность.

Музей было решено переселить в закрытую Никольскую церковь в Форштадте. И. Д. Яковлев предупреждал, что быстрая переброска свыше 7000 экспонатов и около 10 000 томов книг чревата потерями. Критически он относился и к идее переселения в пустующую церковь.

После жалобы директора музея, в дело вмешался нарком просвещения А. Бубнов. Руководство города, отрапортовав, что музей переведён в церковь не будет, в течение трёх дней – 13,14,15 декабря – "в порядке субботника" мобилизовали сотрудников горсвета и вывезли имущество музея в бывшую Вознесенскую церковь. Это был худший вариант развития событий, поскольку данная церковь была закрыта давно – фактически она была полуразрушена. Не сохранилось ни одного целого окна. В куполе не осталось стёкол. Сваленные в беспорядке на пол экспонаты заносились снегом.

Полезной площади было 360 кв. м. Музею требовалось минимум 1400 кв. м.

 


 

Фрагмент политического плаката 1920-1930-х гг.

Друзья, мы продолжаем наш проект-ретроспективу и знакомим вас с историей музея.

После смерти А. Я. Закурдаева в 1931 году директором музея стал И. Д. Яковлев – подпольщик до революции, участник гражданской войны.

Общая посещаемость музея в том году составила 35 017 человек, было проведено 130 экскурсий.

Музей состоял на тот момент из историко-революционного, исторического, этнографического, естественно-исторического, сельскохозяйственного и промышленного отделов.

В 1934 году был создан ещё один отдел – антирелигиозный, который располагался в здании бывшей Вознесенской церкви на ул. Советской.

 


 

Политический плакат периода гражданской войны в России

Дорогие друзья, в 1930 году музей расположился в современном здании по улице Советской. Об истории этого уникального особняка пост уже был ранее.

В начале 1930-х годов, после раздела коллекций, в музее велась преимущественно собирательская работа, а также восстанавливались пострадавшие в годы войны экспонаты. Всего было приобретено 598 предметов.

В эти годы коллекция музея обогатилась находками из курганов, раскопанных в Акбулакском, Гайском, Саракташском и других районах.

А. Я. Закурдаев, заведующий музеем, активно собирал фотографии, негативы и другие документы по истории гражданской войны в Оренбурге.

К этому же времени относится приобретение музеем картин художника С. М. Карпова "Арест Пугачёва" и картины художника Е. А. Тихменева "Салмышский бой".

Большую научную работу проделал сотрудник музея И. А. Зарецкий, открывший в 1931 году близ Оренбурга залежи огнеупорной глины. Среди экспонатов появились образцы полезных ископаемых и иные предметы, иллюстрирующие экономическое положение округа.

 


 

Савроматские мечи - акинаки. VI в. до н.э.

Друзья, мы продолжаем наш проект и знакомим вас с жизнью музея.

Оренбургский музей был вновь образован (восстановлен) в ноябре 1927 года, а с лета 1928 года он стал называться окружным, поскольку Оренбургская губерния вошла в образованный Средне-волжский край на правах округа.

Директором окружного музея стал Д. И. Захаров. Понадобилось несколько лет, чтобы восстановить деятельность учреждения. К сожалению, нет сведений о том, как в первые годы была организована работа с посетителями, какие проводились выставки.

В это время начинаются археологические раскопки силами учёных Москвы и Ленинграда: Б. Д. Граковым и Г. В. Подгаецким. В музей поступили коллекции из раскопок Г. В. Подгаецкого.

В сентябре 1929 года состоялся пленум Средневолжского краевого музейного совета, который определил задачи краеведческих музеев как «неразрывно связанные с социалистическим строительством».

На пленуме впервые присутствовал представитель Оренбурга – Д. И. Захаров.

 


 

Друзья, мы продолжаем наш юбилейный проект-ретроспективу. Сегодня мы расскажем, как проходил раздел коллекции в конце 1920-х годов.

Спор между директором Оренбургского музея Г. Е. Постниковым и директором краевого музея КССР А. С. Махониным свёлся к дележу "имеющих громадное научное значение" экспонатов: двух сасанидских блюд, скелета мамонта, окаменелого папоротника и посмертной маски А. С. Пушкина.

В итоге пришли к соглашению, что Казахстан получает одно сасанидское блюдо, скелет мамонта и окаменелый папоротник. Оренбург – второе блюдо и маску А. С. Пушкина.

Все ценности, происхождение которых было спорным, были увезены.

Целиком вывезли геологическую коллекцию бывшего Казачьего Горного Музея (171 ящик), чучела оленей и медведей (местом их поимки была указана Башкирия), нумизматическую коллекцию, коллекцию предметов быта народов России, целиком военный отел – всего 9/10 музея.

В музее осталось 2 594 предмета, из которых новой администрацией Оренбургского музея были намечены к исключению и уничтожены 1 149 , в их числе 640 икон и 239 фотографий офицерства казачьих войск.

 


 

Статуэтка, бронза, медь, XIX в.

Друзья, сегодня мы начнём рассказ о разделе коллекции музея.

В январе 1927 года был отдан приказ о переброске музея в Кзыл-Орду. С. В. Попов в очередной раз предупредил губоно о возможном «ограблении» культуры Оренбурга.

24 июля 1927 года начала работу специальная комиссия по разделу музейных коллекций. Оренбуржцы требовали оставить все коллекции, собранные на территории исторической губернии и северных районов Казахстана, бывших в сфере оренбургских интересов и влияния. Представители Кирреспублики же требовали передачи им даже тех раритетов, которые были связаны с пребыванием в крае Е. Пугачёва и А. С. Пушкина. Из-за возникших разногласий казахстанцы отказались сотрудничать вообще и выехали в Кзыл-Орду, увезя с собой списки «спорных» экспонатов.

Окончательно точка в этом вопросе была поставлена 29 октября 1928 года. На заседании директор вновь созданного Оренбургского музея Г. Е. Постников обратил внимание присутствующих, что Оренбург уже отказался в пользу Казахстана от 395 экспонатов из 472 спорных, оставив свои претензии на 77.

 


 

Пояс казахский, кожа, металл, бирюза, сердолик, кон. XVIII – нач. XIX в.

Друзья, музей в таком виде просуществовал недолго.

В 1924 году принято решение перенести столицу КССР в г. Кызыл-Орду.

Была создана специальная комиссия по экономическому размежеванию КССР и Оренбургской губернии. Делили всё: предприятия, учреждения, учебные заведения.

Судьба музея была решена постановлением Президиума ВЦИК от 13 июля 1925 года. Из постановления: «Краевой музей, как единственное учреждение, обладающее всеми видами коллекций и экспонатов, характеризующих природу, этнографию, индустрию, сельско-скотоводческое хозяйство, а также геологические данные раскопок Казахской республики, сохранить за Казахским ЦИКом, обязав последний выделить Оренбургскому губисполкому экспонаты, характеризующие Оренбургскую губернию».

Уязвимость постановления заключалась в том, что чёткую грань между двумя административными образованиями провести было достаточно затруднительно, а кроме того, среди предметов, исторически сохраняемых в Оренбурге, естественно, было немало характеризующих степь и казахов.

На это практически сразу обратили внимание оренбуржцы. 26 сентября 1926 года в Оренбургский губпрофсовет обратился краевед и музейный работник С. В. Попов с предостережением, что Казахстан может вывезти весь музей. Попов предлагает отделить экспонаты, собранные после 1920 года, – периода Кирреспублики, – и допустить вывоз только их.

 


 

Часы карманные с портретным изображением Наполеона, золото, эмаль, Франция, 1912 г.

Друзья, сегодня мы расскажем, каким для музея выдался 1924 год.

Число самостоятельных посетителей в 1924 году составило 8 001 чел., экскурсий – 267 (10 201 чел.). Цифры свидетельствуют о том, что организованное посещение музея начинает преобладать над индивидуальным. Кроме того, чтобы привлечь группы посетителей, начинается чтение лекций. За год 35 лекций посетили 5 004 чел. «Все лекции были демонстрированы или коллекциями из каменного, бронзового и железного веков или иллюстрированы световыми картинами при помощи проекционного фонаря».

Принцип комплектования фондов оставался прежним – пожертвования. За год поступил 671 предмет.

Иногда в музей попадали весьма ценные вещи: колчан со стрелами султана – правителя Малой Орды Айчувакова, портрет кисти И. Е. Репина «Галкин – Врасский»; часы, «вынесенные из дворца Наполеона в 1814 году во время грабежа Парижа после взятия его». К ценным экспонатам был отнесён и «портрет великого вождя В. И. Ленина».
В 1924 году была открыта выставка о работе дошкольных учреждений ГубОНО и детдома.

 


 

Почтовая открытка начала ХХ века, Оренбург, общий вид.

Дорогие друзья, мы продолжаем наш юбилейный проект-ретроспективу.

Официально в 1923 году в музее значились четыре отдела: природы, экономический, историко-этнографический и социального воспитания, но последний не функционировал. Заведующим в это время был Г. Филимонов.

Музей был открыт ежедневно, кроме понедельника. В среду и четверг проводились организованные экскурсии. В остальные дни музей был открыт для самостоятельного посещения.

Работал музей с 12.00 до 16.00.

Пополнение музейной коллекции в это время шло медленно: за 1923 год прибавилось 45 предметов.

А вот желающих познакомиться с экспозицией хватало. Число самостоятельных посетителей в 1923 году составило 11 303 чел., учебных экскурсий – 49 (1 928 чел.).

Для посетителей в музее работали три выставки: «Детское творчество», где были представлены дидактические материалы музея и работы детей, и две – для работников просвещения.

 


 

Фрагмент фотографии, Оренбург, вид Николаевской улицы к Уралу, начало ХХ века

Друзья, напоминаю вам, что каждый день мы знакомим вас с историей губернаторского музея.

В 1920 году Оренбургская губерния вошла в состав Киргизской (Казахской) ССР и Оренбург был объявлен столицей.

Оренбургский музей перешёл в ведение Кирнаркомпроса и потому стал Центральным Краевым музеем Кирреспублики.

Оставался нерешённым вопрос с помещением для размещения музея. В 1923 году губернская газета писала: «Краевой музей Киргизии уже давно перевезён в здание инфизобра, но до сих пор свален в кучу» – нет средств на разбор.

К лету 1923 года удалось разобрать и восстановить некоторые экспозиции. Тогда музей размещался в здании современного педагогического училища.

В это время определяющими в работе музея были просветительские задачи с производственным уклоном.

 


 

Часы настенные фирмы "В. Габю", начало ХХ века

Дорогие друзья, мы продолжаем знакомство с интересными фактами и событиями из жизни нашего музея.

Для создания единой системы управления 7 декабря 1918 года Наркомпрос вынес постановление об образовании губподотделов по делам музеев и охране памятников искусства и старины при отделах образования. Губподотделам было поручено заведование музеями, реорганизация существующих и организация новых.

В 1919 году Губоно приняло музей на свой баланс.

19 сентября 1919 года открылся Оренбургский музей. Располагался он в здании, где в настоящее время находится библиотека Дома офицеров. Что он из себя представлял – данных нет. Предположительно, в этом помещении первоначально складировались привозимые предметы – ведь даже музей ОУАК вынужден был покинуть своё прежнее место. Судя по всему, в том же губоно поначалу просто не представляли, что делать – инструкции задерживались, старые кадры отсутствовали.

 


 

Труды учёной архивной комиссии

Дорогие друзья, мы продолжаем наш юбилейный проект.

В годы Первой мировой войны музей ОУАК получал на содержание из казны три тысячи рублей, которые в основном уходили на оплату помещения. Посетителей в эти годы не обслуживали.

О судьбе музея в период гражданской войны, когда Оренбург переходил из рук в руки, фактически ничего не известно.

Известно, что музей при казачьей власти продолжал действовать.

Б. Пиотровский, известный хранитель Эрмитажа, в этот период проживавший в Оренбурге, вспоминал, как учитель гимназии Курашкевич летом 1918 года часто водил их, гимназистов, в музей. Курашкевич «ведал этим музеем» и предлагал ребятам выполнять работу сторожей.

Спустя много лет Пиотровский вспоминал: «Мне очень хотелось работать сторожем в музее, но родители не позволили, что меня сильно огорчило. Тогда я не знал, что впоследствии стану «сторожем» самого крупного в стране музея. Но, несомненно, интерес к древности у меня уже начался в Оренбурге».

 


 

Указ Екатерины II о пожаловании подпоручика Михаила Бронского в поручики за верность и прилежность в службе. 15 сентября 1768 года

Дорогие друзья, сегодня мы расскажем, какие экспонаты особенно удивляли и впечатляли посетителей тогда, сто лет назад.

По словам П. Д. Райского это:

 


 

Орден Бухарский. Серебро, эмаль. Россия, 1896 г.

Друзья, мы продолжаем знакомство с историей нашего музея.

П. Д. Райский в путеводителе по Оренбургу оставил описание «историко-археологического музея» накануне Первой мировой войны.

По его словам, были образованы следующие отделы:

1. Старинные грамоты и документы; 

2. Собрание монет и медалей; 

3. Остатки ископаемых;

4. Собрание минералов с Уральского хребта и его предгорий;

5. Старинное оружие; 

6. Предметы старины и костяки, находимые при раскопках курганов;

7. Образцы изделий и одежды местного населения; 

8. Фауна и флора Оренбургского края; 

9. Образцы изделий горных заводов Уральского хребта.

Буквально накануне войны – 31 июля 1914 года – Департамент Народного Просвещения одобрил эскизный проект нового здания для музея. Но начавшаяся Первая мировая война изменила планы. В октябре 1914 года министерство сообщило, что «ввиду обстоятельств военного времени вопрос об отпуске Обществу пособия на постройку музея отложен до более благоприятного времени».

 


 

Монета "Рубль", серебро, Россия, XVIII в.

Друзья, напоминаем, что в рамках юбилейного проекта-ретроспективы мы продолжаем знакомить вас с историей нашего музея.

Идея строительства нового здания специально для музея окончательно оформилась 20 апреля 1911 года.

Начался сбор средств в виде добровольных пожертвований.

На 1 января 1912 года было накоплено 2 002 рубля 48 копеек. К концу года сумма увеличилась на 118 рублей 93 копейки.

Собранных средств оказалось недостаточно, поскольку 1 500 рублей из них было истрачено на премии за разработку проекта здания Санкт-Петербургскому Обществу Архитекторов.

В честь «жертвователей» премии назвали «зарывновскими» – по фамилии купца Зарывнова (хозяин торгового дома «Зарывнов и сыновья»), который внёс 1 500 рублей.

Следующим по размеру взноса был епископ Оренбургский и Тургайский Феодосий. Он внёс 100 рублей. Остальные суммы были ещё более незначительными.

Первое место и премию в 700 рублей получил проект «Музей Оренбургского края», созданный гражданским инженером П. М. Нахманом. Стоимость постройки здания была определена в 100 тысяч рублей, отдельный корпус для служащих – ещё в 25 тысяч.
 

 


 

Окаменелое дерево

Друзья, каким же был новый «музей древностей», открывшийся 10 мая 1897 года?

По описанию П. Д. Райского он располагался в небольшом двухэтажном каменном домике на набережной р. Урала, принадлежащем Министерству внутренних дел, неподалёку от гауптвахты. Музей занимал небольшую комнату, где стояли четыре витрины и два больших стеклянных шкафа.

На музей ОУАК специальных средств не отпускалось, поскольку это был и «музей учёного заведения». За всё время своей деятельности комиссия не смогла добиться для музея хорошего помещения.

Вот что писала в это время «Оренбургская газета»: «Под открытым небом лежат на земле старинные пушки, окаменелое дерево и врыта в землю каменная баба. В нижнем этаже здания (ОУАК) размещаются 4 комнаты и прихожая, причём половину этажа занимает комната-музей, которая заставлена витринами настолько, что остаются лишь узкие проходы и обозревающие должны ходить поодиночке с постоянным опасением разбить стёкла».

Всё это происходило в условиях постоянного увеличения количества экспонатов.

Стоит отметить, что дефицит помещений был характерен для всех провинциальных музеев.

 


 

Книги учёта музейных предметов XIX в.

Друзья, мы начинаем знакомство с новой главой в жизни нашего музея: музей при Оренбургской Учёной Архивной комиссии.

ОУАК разбирала дела архива упразднённого генерал-губернаторства. Помимо чисто технической работы, члены комиссии занимались изучением дел. Наиболее интересные доклады сначала озвучивались на заседаниях комиссии, затем стали публиковаться на страницах газеты «Оренбургский листок» и в «Трудах» ОУАК. Постепенно комиссия превратилась в научное сообщество, у которого возникла идея создания музея.

В январе 1897 года члены ОУАК обратились к директору Неплюевского кадетского корпуса (ранее Неплюевское военное училище) с письмом, в котором сообщалось, что «комиссия, открывая историко-этнографический музей, обращалась к частным лицам, а также общественным и правительственным учреждениям с просьбой о доставлении … выдающихся коллекций старинных вещей и предметов». Комиссия просила передать ту часть коллекции, которая не использовалась кадетами учебных курсов.

В распоряжение открывающегося музея были переданы ценности, до этого хранившиеся в войсковом правлении Оренбургского казачьего войска и в Оренбургском отделе Императорского Географического общества.

Чуть позже в музей при Архивной комиссии поступили экспонаты бывшего губернского (зоологического) музея. 

 


 

Дорогие друзья, мы продолжаем знакомить вас с историей губернаторского музея.

С 1881 года с упразднением Оренбургского генерал-губернаторства музей был закрыт, поскольку лишился финансовой поддержки.

Коллекции музея были распределены между учебными заведениями города для использования в качестве наглядных материалов. Так, часть экспонатов попали в Оренбургскую гражданскую гимназию, а затем в реальное училище.

Разрозненные коллекции музея училища и зоологического музея были собраны воедино в 1887 году Оренбургской Учёной Архивной комиссией, созданной для собирания и приведения в порядок архивных дел и документов. Именно с этой коллекцией связана следующая страница истории музейного дела в Оренбуржье.

 


 

Турухтан, чучело

Добрый день, дорогие друзья, напоминаю, что мы продолжаем наш юбилейный проект-ретроспективу. 

По передаточной описи В. И. Даля в 1839 году в музее числилось: птиц набитых – 136, четвероногих животных набитых – 22, шкур больших зверей (медведь, олени, куланы и сайгаки) – 21, шкур больших птиц – 11, шкур разных зверьков – 83, шкур разных птиц – 197. Всё остальное составляли орудия труда чучельников, а также оружие для охоты на зверей и птиц. 

Имелся шкаф с минералами, но их количество не уточнялось.

Обязанности М. Ф. Зеленко определялись запиской В. И. Даля, приложенной к описи. Прежде всего он был обязан хранить коллекции музея в надлежащей целости и сохранности, наблюдать за правильностью отопления, распределять работы между чучельниками.

При Зеленко музей пополнился несколькими десятками новых чучел птиц и зверей.

С 1845 года вместо зоологического музея он стал называться Музеем естественных произведений Оренбургского края.

М. Ф. Зеленко заведовал музеем почти 20 лет (до 1860 года).

 


 

Деталь чувашского женского национального костюма, воротник (бисер, плетение, XIX в.)

Друзья, сегодня мы поделимся с вами интересными фактами из жизни чиновника особых поручений В. И. Даля в Оренбурге.

Владимир Иванович Даль прожил в Оренбурге восемь лет. Он служил чиновником особых поручений при губернаторе В. А. Перовском.

Во время пребывания на Южном Урале много ездил по уездам, собирая фольклорные материалы.

Помимо русского, Даль знал по меньшей мере ещё 12 языков, понимал тюркские языки. Он собирал в Оренбурге рукописи на тюркском, благодаря чему считается одним из первых в России тюркологов.

Даль перевёл на русский язык татарские легенды «Жизнь Джингиз-хана» и «Повествование об Аксак-Тимуре». Много внимания уделял изучению быта башкир и казахов.

Владимир Иванович активно искал интересные экспонаты для зоологического музея Петербургской академии наук. В первом письме Ф. Ф. Брандту в сентябре 1837 года он сообщал, что отправил ему шкуру странного волка, убитого в Бирском уезде, которого «не могли принять ни за быка, осла, лошадь, ни за волка», и пришли к выводу, что это «какой-то выродок, игра ветреной породы».

В переписке Даля и Брандта много внимания уделялось «казачьим малолеткам», обучавшимся в Петербурге чучельному делу в Зоологическом музее у Е. И. Шрадера. Иван Мелихов и Павел Волженцов вернулись в Оренбург в 1838 году и, поступив в распоряжение Даля, стали его помощниками по изготовлению экспонатов для оренбургского музея.

За свои коллекции по флоре и фауне края был избран в 1838 году членом-корреспондентом Петербургской академии наук.

В оренбургский период жизни доктор медицины В. И. Даль не прекращал врачебной практики. Статья «Об омеопатии» посвящена защите гомеопатических методов лечения, сторонником которых являлся Даль.

 


 

Шкаф книжный, двустворчатый, конец XIX в., фрагмент экспозиции музея

Дорогие друзья, сегодня вы узнаете, как сложилась судьба зоологических коллекций.

Итак, зоологические коллекции, выделенные из музея училища, легли в основу так называемого зоологического музея, открывшегося в 1839 году в Доме благородного собрания.

Заведовал музеем с конца 1838 года по осень 1839 год В. И. Даль. В начале апреля 1839 года он предоставил В. А. Перовскому смету расходов на устройство музея. Предполагалось произвести ремонт рабочей комнаты, приобрести из разных мест края животных, заготовить порох, дробь, дрова для отопки комнаты – всего требовалось 566 рублей.

За время своей работы Владимир Иванович приобрёл шкафы со стёклами для хранения экспонатов.

В 1841 году В. И. Даль покидает Оренбургский край, но перед отъездом, по приказанию В. А. Перовского, передаёт музей дивизионному ксендзу М. Ф. Зеленко.

 


 

Чучело мохноногого канюка (зимняк)

Друзья, напоминаем, что осенью 2020 года старейший музей на Урале отметит 190-летний юбилей. В связи с этим мы знакомим вас с интересными фактами и событиями из его жизни.

В 1838 году В. А. Перовский предложил перевести ряд отделений в помещение училища лесоводства, где воссоздать музей края, так называемый «Главный музеум», а в помещении училища оставить минералогическое и нумизматическое отделения существующего музея.

В «Музеум края» были переданы прежде всего «зоологические предметы» – коллекция насекомых, чучела птиц (44 экземпляра), зверей (6 экземпляров), коллекция птичьих яиц (100 экземпляров).

Также передавались рукописи, книги, гравюры, имеющие отношение к Оренбургскому краю. Книги, относящиеся к наукам, были оставлены в училище. Данных о последующих пополнениях фондов и перераспределении предметов нет.

В 1843 году директор училища обратился к губернатору с просьбой оставить только те предметы, которые могут быть хранимы без дополнительных издержек. Губернатор – на тот момент уже В. А. Обручев – идею не поддержал.

В 1897 году экспонаты музея в училище были переданы в музей Оренбургской учёной архивной комиссии.

 


 

Дорогие друзья, сегодня мы расскажем о капитальном ремонте и реставрации нашего здания.

   

В 1990 году состояние архитектурно-конструктивных элементов признали неудовлетворительным. Проводимые ранее ремонты исказили первоначальный облик здания. Например, были заложены некоторые оконные проёмы, на столбиках парапетного ограждения утрачены вазы и др.

Капитальный ремонт и реставрацию здания с 1990 года проводил авторский коллектив Средне-Волжского филиала Проектного института по реставрации памятников истории и культуры г. Ульяновска "Спецпроектреставрация". Автор проекта – С. К. Кручинин.

В основу художественной концепции внутреннего убранства особняка положен принцип максимального включения сохранившихся интерьеров и деталей убранства здания в экспозиционный комплекс.

   

Утраченные двери, люстры, бра, фурнитуру изготавливали в профессиональных реставрационных мастерских Санкт-Петербурга.

Эскизный проект осуществляли члены Союза художников СССР, авторы А. С. Аникин, В. И. Каширина и специалисты комбината живописно-оформительского искусства г. Санкт-Петербурга.

 


 

Друзья, в рамках юбилейного проекта мы продолжаем знакомить вас с историей нашего основного здания.

В 1852 году дом Еникуцева вместе с двумя флигелями во дворе был куплен для канцелярии генерал-губернатора.

В "Деле о покупке здания" за 1852 год содержится описание положения дома "для службы". В главном двухэтажном каменном здании, находится кроме обширных подвалов в нижнем этаже парадная лестница, 2 коридора, 11 комнат, из которых одна занята дворником, одна слесарем, а остальные магазинами и винным погребом. В бельэтаже большой зал, две комнаты в четыре окна, две комнаты в три окна и одна в одно окно, кроме того, два коридора, одна парадная, две черные лестницы. В антресолях находятся 6 просторных, но низких комнат.

Приобретя дом в казну, провели незначительную перестройку и доделку интерьера. На печные работы в доме брал подряд Иван Скалочкин. Колосники общим весом в 270 пудов заказывали на Белорецких заводах.

После упразднения генерал-губернаторства в 1881 году в доме разместилась Контрольная палата.

После революции здесь находился Губком ВКП(б).

В 1920–1925 годах – наркомпрод и наркомат Киргизской (Казахской) республики.

С 1930 года – Музей Горсовета.

В годы Великой Отечественной войны – Штаб Южно-Уральского военного округа.

 


 

Дорогие друзья, мы продолжаем знакомить вас с историей нашего здания.

11 августа 1836 года А. И. Еникуцев обратился с прошением к губернатору В. А. Перовскому о выдаче ему 15 тысяч рублей под залог каменного двухэтажного дома на Николаевской улице. Деньги были выданы. Андрей Иванович смог расплатиться с долгом лишь зимой 1839 года.

В 1849 году в Оренбурге был составлен "Список о домах и прочей недвижимости", из которого видно, что каменный дом коллежского асессора Еникуцева Андрея сына Иванова имел оценку в 4 тысячи рублей серебром. Это был один из первых шикарных каменных особняков, являвшихся украшением города.

Первоначальный облик здания отличался от того, каким мы его привыкли видеть. Кроме главного входа под центральным портиком, было ещё три входа: два на главную улицу под боковыми портиками и один с южного торца. Существовал пристрой с северной части здания. Ступени главного входа находились вне аркады первого этажа.

Архитектура дома соответствовала эпохе позднего классицизма: внутренняя архитектура повторяла внешний облик дома – торжественность парадных помещений, уравновешенность, симметрия, чёткость горизонтальных и вертикальных членений, благородная простота облика. Автором проекта считается Генрих Гопиус, архитектор Уральского войска.

Сын Еникуцева Николай Андреевич, для которого строился дом, умер, предположительно, в 1851 году в возрасте 27 лет.

 


 

Друзья, 18 апреля в мире отмечается Международный день памятников и исторических мест. Цель праздника – привлечь внимание общественности к вопросам охраны и сохранения культурно-исторического наследия.

В рамках проекта мы расскажем об истории прекрасного особняка, в котором сегодня располагается наш музей.

Оренбург в начале 1830-х годов был небольшим городом с населением не более 5–6 тысяч человек. Дома были исключительно деревянные, в 3–5 окон. По значению и по средством жизни первым лицом в городе был губернатор, а за ним шли винные откупщики: Еникуцев, Звенигородский, Горячев.

Для того, чтобы привести город в лучший вид, В. А. Перовский в 1835 году назначил особую комиссию, поручив ей осмотреть все дома, ветхие назначить к слому, обязав владельцев в течение 2–3 лет построить новые строения.

В этом же году титулярный советник, винный откупщик Андрей Иванович Еникуцев решил построить для сына Николая дом на улице Николаевской.

В середине XVIII века на этом месте стоял кабак купца И. Твердышева. В XIX веке над винными подвалами стояло здание полиции и корчемной конторы, позже – школа кантонистов. Именно на этом месте в 1836 году Андрей Иванович начал строить дом, план которого был выдан ему 20 марта 1836 года. Вчерне дом был "почти воссоздан" к августу 1836 года.

Часть винных подвалов составляют цокольный этаж современного здания (отдел "Природа Оренбургского края"). По указанию генерал-губернатора щебнем от сносившихся строений и пожертвованными Еникуцевым городу засыпали базарную площадь.

 


 

Друзья, напоминаем вам, что в 2020 году нашему музею исполняется 190 лет. Мы продолжаем знакомить вас с его историей!

Знак нагрудный 141-го Можайского полка. Серебро. Россия. 1796 г. (из фондов ОГИКМ)

В начале 1836 года МВД сделало запрос: «Когда именно и на каком основании учреждён в Оренбурге Музеум».

Официальный ответ извещал, что музей создавался «приватным образом». Сведений о нём нет ни в МВД, ни в Министерстве народного просвещения по причине того, что он якобы уже состоит в ведении Главного начальства военно-учебных заведений, хотя до данного момента музей не был ни в чьём ведении вообще.

Однако после этого заявления музей официально перевели в ведение указанного ведомства. 

С данного времени музей считался принадлежностью училища.

Томашу Зану дали предписание от 28 июня 1837 года, составленное по требованию директора училища подполковника Маркова, сдать музей последнему. 13 июля 1837 года передача состоялась.

 


 

Фрагмент почтовой открытки начала XX века. Оренбург. На базаре (из фондов ОГИКМ)

Друзья, мы продолжаем знакомить вас с проектом "Губернаторскому музею – 190".

Учитывая постоянное увеличение коллекции, губернатор В. А. Перовский (1795 – 1857), сменивший на посту скоропостижно скончавшегося П. П. Сухтелена, принял решение о поиске для музея нового помещения.

Первоначально учреждение решено было разместить в пристройке Училища земледелия, где помимо зала для коллекций планировалась комната для смотрителя, а в дальнейшем – в новом здании. Для стройки Перовским в 1835 году было отпущено 4 тысячи рублей ассигнациями, а в 1836 году ещё 2 тысячи.

Меры по строительству нового здания были задуманы, поскольку в отчёте Неплюевского училища за 1835 год отмечалось: «Все вещи …доселе складывались в одну небольшую комнату, где не могли быть ни надлежащим образом разложены, ни даже проветриваемы».

 


 

Добрый день, дорогие друзья, напоминаем, что мы продолжаем наш юбилейный проект-ретроспективу и рассказываем о жизни губернаторского музея.

В марте 1835 года Т. К. Зан составил рапорт о деятельности музея с отчётом о предметах, в нём находящихся. Он отметил, что «соответственно своей главной цели Музеум постепенно приобретал предметы посредством пожертвований, которые в оный поступали при предписании господина Военного губернатора и Начальника штаба, или при письмах пожертвователей, или лично приносимы были и записывались по порядку приношения».

Гидроборацит (нежинское месторождение)

Всего в музее к 1835 году насчитывалось 3 294 экспоната. Коллекция делилась на пять отделов, или как их называл сам Зан, кабинетов: минералогический, ботанический, зоологический, статистический и исторический.

Наиболее богатыми были первые две коллекции, остальные – малы и разрознены. Например, кабинет зоологический «по недостатку всяких пособий, предметов и содержания их в надлежащем порядке не имеет интересных вещей».

 


Друзья, своих первых гостей музей встретил 1 апреля 1831 года, поэтому ежегодно в первых числах апреля сотрудники проводят благотворительную акцию "День первого посетителя".

Музей производил яркое впечатление на современников.

История сохранила очень живое описание посещения музея некой «госпожой Ворониной» 30 октября 1833 года: «При входе внимания обращается на огромную кость, часть головы какого-то допотопного зверя… По сторонам стоят куклы в рост человеческий в …очень богатых азиатских костюмах по четыре с каждой стороны… мордовка, калмычка, киргизка, и уралка… , калмык в казацком мундире и сибирский шаман. Около развешаны кольчуги, сёдла, чепраки и разные одежды, в том числе рубашка, сшитая из рыбьих пузырей …она защищает тело от укушения разного рода насекомых… В стеклянных шкапах и ящиках разложены каменья, раковины и проч. Аделаида Петровна сделала замечания, что чучело филина имеет удивительное сходство с Заном, и в самом деле …».

К этому времени коллекция музея включала 972 предмета геологической коллекции, 1 572 единицы ботанической, 443 единицы зоологической, 646 предметов нумизматики, 30 – археологии.

 


 

Плата 5 копеек, 1726 г. (из фондов ОГИКМ)

Дорогие друзья, думаю, что многие из вас знают, что Оренбургский губернаторский музей сегодня – это комплексное учреждение. В состав его входит основное здание (Советская, 28), выставочный комплекс под открытым небом «Салют, Победа!» и «Музейный городок» в мегамолле «Армада», состоящий из шести мини-музеев. 

А где же раньше располагался первый музей нашего края?

Под музей была отведена комната в Неплюевском училище. Комната служила и экспозиционным залом, и хранилищем. Всю мебель музейной комнаты составляли два шкафа, четыре стола разных размеров и шесть стульев.

По инициативе Т. Зана в 1832 году были заказаны вещи, необходимые для устройства музея: рамки, подставки, «болванчики» под костюмы и многое другое.

Музей при Неплюевском училище просуществовал до конца XIX века.

 


 

Друзья, сегодня мы расскажем об «устроителе Музеума» Томаше Зане.

Портрет Ф. К. Зана, худ. Н.Ф. Соколов. Бумага, акварель. Копия. 1985 г. (из фондов ОГИКМ)

Обязанности смотрителя музея вначале взял на себя Н. Д. Шангион-Гартинг, чиновник министерства иностранных дел, состоявший в штате военного губернатора. Но быстрый рост числа экспонатов убедил Сухтелена в том, что необходимо найти человека, который бы обладал соответствующим образованием и научной квалификацией. 

25 января 1831 года должность «устроителя Музеума» занял находившийся в политической ссылке магистр философии Виленского университета, поляк Томаш Карл Зан (1796 – 1851). После внезапной кончины Павла Петровича 20 марта 1833 года руководство музеем перешло к нему.

Т. К. Зан внёс ощутимый вклад в дело становления музея, наладив учёт вверенных ему ценностей, стал записывать и имена пожертвователей. К 1832 году таковых было 78 человек. В музее в это время насчитывалось всего 3 566 предметов.

К своим обязанностям Зан, как видим, относился очень добросовестно, проявляя подлинный интерес к музейному делу. 

 


 

Друзья, мы продолжаем знакомить вас с историей нашего музея, единственного музея в России, основанного по приказу губернатора!

Согласно проекту Павла Петровича, важное место в музее отводилось зоологическому разделу с чучелами животных и птиц, обитающих в Оренбургском крае.

Чучела птиц, XIX в.

Для обучения чучельному искусству было решено направить ученика в зоологический кабинет Казанского университета к прославленному натуралисту, профессору Э. А. Эверсману, жившему до 1828 года в Оренбурге.

Выбор пал на Григория Масленникова, закончившего уездное училище в Уфе. Вернулся Масленников 16 июля 1831 года, а уже к 22 июля изготовил 14 чучел птиц разных размеров. К 15 октября коллекция музея пополнилась ещё 9 чучелами.

Впоследствии Масленников стал ближайшим сотрудником Г. О. Карелина и сопровождал его в экспедициях по Каспийскому морю, Сибири, Алтайским и Саянским горам.

 


 

Дорогие друзья, сегодня речь пойдёт о первых экспонатах музея!
Изначально Павел Петрович предполагал, что музей будет состоять из двух отделов.

Первый должен был включать «предметы по части естественной истории»: животных, растения, минералы «во всех видах», среди которых – металлы, камни, соли, горючие вещества, окаменелости.

Во второй отдел должны были войти украшения, оружие, домашняя утварь и т. д.
Собирали экспонаты всем миром. Практически все, к кому Сухтелен обратился с просьбой о помощи, дали положительный ответ. Хан Джангер Букеев послал предметы казахской мужской и женской одежды.

Национальные ювелирные украшения (кольца). Серебро, резьба, зернь, сер. XIX в.

Из Астрахани в дар музею были присланы «шишак с литерами арабскими золотой насечки, калмыцкое седло, мужское и женское калмыцкое платье», из Уральска – одежда уральской казачки, от генерал-губернатора Восточной Сибири – полный наряд тунгусского шамана.

Из Уфы отправили старинные книги и рукописи, древние монеты, разного рода археологические находки, окаменелости. Среди подарков оказалась, например, часть черепа огромного «неизвестного животного».

Собранием минералов поделился оренбургский натуралист Г. О. Карелин. Немалый вклад в музейное собрание сделал и сам П. П. Сухтелен, передав, в том числе, и восточные рукописи.
 


 

Портрет П.П. Сухтелена. Худ. В.С. Бобров. Холст, масло. 1998 г. (из фондов ОГИКМ)

Сегодня мы расскажем вам о Павле Петровиче Сухтелене, человеке, который основал первый музей в городе Оренбурге.

П.П. Сухтелен (1788 – 1833 гг.) российский государственный и военный деятель, генерал-лейтенант (1826 г.), генерал-адъютант (1828 г.), граф (1822 г.). Происходил из голландского дворянского рода, сын инженер-генерала П.К. Сухтелена, получил домашнее образование под руководством отца. В 1802 г. Сухтелен поступил на военную службу.

Боевое крещение получил в 1805 г. в первом походе против Наполеона. В битве под Аустерлицем он был серьёзно ранен сабельным ударом в голову, осколком ядра в правую ногу и попал в плен. Интересно, что на юного Сухтелена обратил внимание Наполеон и сказал: «Так молод и вздумал, потягаться с нами!». На что Сухтелен возразил известным стихом из трагедии Корнеля «Сид», звучащим в переводе примерно так: «Я действительно молод, но молодость не мешает быть храбрым». Ответ понравился Наполеону, и он повелел запечатлеть эту сцену на картине.

В начале царствования Николая I Сухтелен был определён на пост генерал-квартирмейстера Главного штаба, а когда началась война с Персией (1826 – 1828 гг.) был произведен в генерал-лейтенанты и занял должность начальника штаба отдельного Кавказского корпуса.

А в апреле 1830 г., как мы уже знаем, генерал-лейтенант П.П. Сухтелен назначен оренбургским военным губернатором и командиром отдельного Оренбургского корпуса.

На всех постах проявил себя как энергичный и умелый администратор, глубоко вникавший в специфические проблемы края.

В 2012 г. Оренбургскому областному историко-краеведческому музею указом губернатора Ю.А. Берга официально был присвоен статус «губернаторский». Поскольку музей всегда находился под покровительством губернаторов края и с течением времени стал визитной карточкой Оренбуржья. С начала 1990-х гг. в Гербовом зале музея проходили губернаторские приёмы, подписания международных договоров и соглашений, вручение государственных наград Российской Федерации.

 


 

П. П. Сухтелен. Ксилография с оригинала англ. худ. Д. Доу, 1824 г. Лондон

Весной 1830 года в Оренбург прибыл военный губернатор П.П. Сухтелен и уже в ноябре приступил к созданию первого в городе Музеума. Основу музея, по замыслу Сухтелена, должны были составить добровольные пожертвования, и поэтому он обратился с просьбой о содействии ко «многим покровителям наук, любителям познаний и учёным испытателям природы».

Пригласительный циркуляр П.П. Сухтелена (от 24 ноября 1830 г.)

12 ноября 1830 года Павел Петрович отправил «пригласительный циркуляр» генерал-губернаторам Восточной Сибири, главным начальникам горных заводов Уральского хребта, Колывано-Вознесенских, Нерчинских и других горных заводов, известным ученым из Петербурга, Дерпта, Харькова, Кременца и других городов, уральским заводчикам, чиновникам разного ранга. Такие же письма были отосланы хану Внутренней киргизской Орды Джангеру Букееву, калмыкскому князю Тюменеву и другим.

Сухтелен, выражая «полную и приятную уверенность», что эти лица не откажутся «принять участие в столь общеполезном предположении», направил каждому «проспект предметам, долженствующим войти в состав коллекций Музеума».

24 ноября 1830 года П.П. Сухтелен написал в Комитет Неплюевского военного училища, в котором сообщил о своём желании устроить при училище Музеум, «который бы вмещал в себя все произведения Оренбургского края в особенности; заключая также коллекции одежды, оружия и всего, относительно домашнего быта и промышленности разных народов, как оный населяющих, так и других стран». Указал губернатор и о решении «принять на себя особое попечительство об оном, впредь до большого образования сего Музеума».

С этого времени в Оренбургском крае начинается собирание музейных коллекций.